Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

comment

Европейская цивилизация-2

На основе этой схемы можно сделать любопытный прогноз. Современное общество обладает приличным запасом уважения к научному миру, наука представляется неисчерпаемым кладезем новых технологий. Но этот запас понемногу тает. Приличное качество массового образования и единая информационная сеть сильно обесценили такие преимущества научного сообщества как эрудиция и общая интеллектуальная культура. Во многих важных областях ясно ощущается близкий предел границ познания, многие технологии застыли и требуют лишь аккуратного тиражирования. ДВС, например, очень трудно серьёзно улучшить. Массовое высшее образование ведёт к его естественной девальвации. Развитие ИИ и компьютерных сетей будет постепенно отбирать хлеб у преподавателей вузов.

Всё это означает, что вопрос о том, кому нужна эта толпа (а сейчас это действительно толпа) паразитов с учёными степенями, в какой-то момент может встать в полный рост. И глубоко рационализированное общество вполне может дать на него наиболее разумный ответ: никому. Ценность имеют специалисты, которые решают конкретные технологические проблемы, и только они. Монастырские традиции либо мертвы, либо быстро испаряются.

Тут показателен пример с Джеймсом Уотсоном, получившим Нобелевскую премию за открытие двойной спирали ДНК (вместе с Ф.Криком). В 2007 году он был с позором изгнан из собственного института и лишен всех почётных званий за попытку порассуждать о связи расы и среднего уровня интеллекта. То есть что он там наоткрывал - не так важно, на что гранты дали, то и наоткрывал, а вот публичное неуважение к неграм это по-настоящему серьёзно, за это придётся ответить. Хотя почётные звания не за любовь к неграм вообще-то дают.

Авторитет научного сообщества тает, в том числе в глазах самих учёных. Система очень инерционна, есть и оптимистичный сценарий, суть которого в том, что научная деятельность, не связанная с экспериментами, довольно дёшева, и в условиях грядущей массовой безработицы странно было бы на ней экономить. Но в случае масштабных потрясений, а они иногда случаются, лишние рты легко могут быть сброшены с корабля современности. Собственно, Россия 90-х годов тут как раз подходящий пример.
comment

Европейская цивилизация

Прочёл биографическую книгу о Мартине Лютере, автор - французский католик Иван Гобри. Автор Лютера откровенно не любит, книгу можно назвать издевательством над главным героем. Но эти издевательства в основном носят строго документальный характер. Достаточно поцитировать письма Лютера, привести серию цитат из его трудов, из сочинений соратников, и ничего большего не потребуется. Рекомендуется всем любителям истории Европы.

И после этой книги некоторые мои смутные ощущения приобрели вполне отчётливый характер, так что стоит их перенести, т.с., на бумагу. Многие любят рассуждать о том, в чём именно заключается уникальность европейской цивилизации, создавшей наш мир. Существует вполне разумная точка зрения, что основа современного прогресса - расцвет науки. Но сама по себе фигура европейского учёного не является особенно уникальной. Многие важные научные дисциплины существовали и в Древнем Египте с Вавилоном, Греция и Рим дали нам замечательные примеры расцвета научных сообществ. Не очень понятно, чем же средневековая Европа оказалась лучше Римской империи. Почему здесь начался бурный научный прогресс, а в Риме со временем всё как-то затихло и захирело?

Чтобы предложить ответ на этот вопрос, опишем некоторую обобщённую общественную структуру. Во главе нашего общества находится условный хан, отдающий распоряжения. Есть солдаты, которые защищают хана и общество в целом, на них опирается ханская власть. Есть крестьяне, которые выращивают хлеб и кормят хана, солдат и себя. Есть женщины, которые возятся с детьми и выращивают будущих солдат и крестьян. Есть жрецы, которые распевают славословия хану и правильно хоронят умерших. Есть ремесленники, лекари и вообще много кто ещё. Чем сложнее общество, тем больше в нём разных узких и важных профессий. Такая структура вполне жизнеспособна, и непонятно, что могло бы помешать ей существовать тысячелетиями, постепенно меняясь и совершенствуясь. Мешают обычно соседи, такие же структуры, рассматривающие данное общество как еду.

Кого нет в этой логичной и завершённой схеме? Людей, профессия которых состоит в том, чтобы думать. Причём думать не о том, сколько сена положить корове или кого назначить городским судьёй, для этого специалисты там есть. Думать о более абстрактных вещах, не имеющих прямого практического значения. Например, обладает ли человек свободой воли. Почему их нет, примерно понятно: потому что такие люди это паразиты. Вместо того, чтобы служить хану и укреплять его власть, они заняты чёрт знает чем и при этом желают есть три раза в день. В рационально устроенных обществах с паразитами борются. Время от времени научные сообщества возникают, но их появление кажется какой-то случайностью. Паразитов быстро берут к ногтю и заставляют заниматься чем-то полезным: прогнозировать разливы Нила, высчитывать даты затмений или учить детей аристократов. В результате создаются отдельные технологии, зачастую весьма тонкие и нетривиальные, но сами учёные при этом превращаются в персонал, обслуживающий эти технологии, то есть в ещё одну разновидность ремесленников.

Известный расцвет науки в Древней Греции, по-видимому, был связан с некоторым локальным скачком материального изобилия, основанном на новых военных технологиях и как следствии на обильном притоке рабов. Империя Александра Македонского как раз была наглядной иллюстрацией этих технологий. Как-то возникла идея, что благородному человеку, на которого трудится отряд рабов и рабынь, стоит тратить своё время не на перетрахивание этих рабынь по очереди, а на размышления о сути вещей. Это привело к невиданному ранее расцвету науки, и изначальный импульс действовал ещё долгие века, но само изобилие, как обычно, быстро сошло на нет. Римская империя была намного мощнее и богаче Греции, но свои ресурсы предпочитала тратить на более полезные вещи. Вместо экспоненциального роста научного знания началось окостенение, бесконечное тиражирование и многовековая шлифовка деталей.

Средневековая же Европа, в целом очень бедная и невежественная, разительно отличалась от нашего ханства наличием ещё одного сословия - многочисленных монахов. Они жили в монастырях и кормились за счёт богатства Римской церкви. Обычные жреческие функции они тоже исполняли, но монахов было слишком много. Для того, чтобы крестить детей, петь на мессах и отпевать покойников, столько людей не требовалось. Фактически в христианской Европе возник принципиально новый, ранее не существовавший общественный слой - люди, которых общество кормит, не требуя взамен почти ничего, кроме исполнения обетов и благочестивых размышлений.

Конечно, эти монахи в большинстве своём имели мало общего с учёными древней Греции. В основном это были невежественные, часто малограмотные люди. Но поскольку их было очень много, в их среде возникло и многочисленное сообщество начитанных и неплохо соображающих богословов. Они изучали древние тексты, спорили друг с другом и при этом ни перед кем не отчитывались. Это была самостоятельная духовная власть, материально не зависящая от власти светской. Через некоторое время это привело к слому древней ханской парадигмы. Новое сословие получило права, освящённые многовековой традицией.

Кроме того, трудами этого сообщества было создано то, что мы сейчас называем высшим образованием. В средневековье это было в первую очередь религиозное образование, но сама идея, что аристократам полезно в молодости послушать лучших представителей новой корпорации (а не наоборот), оказалась очень плодотворной. Можно сказать, что наша цивилизация это монастырская цивилизация. Создатели науки Нового времени не были монахами, но они явно принадлежали к этой среде. Галилей собирался стать священником, Декарт, Ньютон и Лейбниц писали богословские труды, это было нормой. Ещё в XX веке научные сообщества чем-то сильно напоминали религиозные секты.

И античное наследие, и традиции сложных дискуссий в иудаизме тоже что-то внесли сюда, но сами по себе они явно были далеко не столь плодотворны. Монашество опиралось на прочную финансовую базу, который не было больше нигде. То же самое могло произойти в Византии, но она погибла в схватке с Азией, и в последние века была истощена этой борьбой. То же самое отчасти касается и России, после монгол она надолго осталась страной-инвалидом. Но эта стена сохранила христианскую Европу.

У фантаста Нила Стивенсона, к слову, есть замечательная книга "Анафем", как раз про монастырскую науку.
comment

Л.Петрановская, Тайная опора

Почитал отличную книгу про воспитание. Автор старается объяснить, чем различается восприятие мира детьми и взрослыми, как взрослые ошибаются, пытаясь понять детей. Местами написано очень неплохо. Помимо общих идей, она разбавляет текст примерами, случаями из своей жизни, выдержками из научных статей. И это тоже неплохо получается.

А ещё она время от времени вставляет в текст ссылки на некоторые неврологические концепции. Начинает объяснять, что такие-то особенности поведения связаны с рептильным мозгом, такие-то - с лимбическим мозгом. Это тоже оживляет текст, но выглядит не особенно осмысленно. Фраза "данное поведение обусловлено работой лимбической системы" по своей содержательности мало чем отличатся от "данное поведение время от времени имеет место". Лимбическая система смотрится тут пятым колесом в телеге.

Взявшись за пост, полез в Википедию почитать про рептильный мозг - и надо же, пишут, что "гипотеза рептильного мозга признана в неврологии устаревшей". Оно и немудрено.
comment

Туманность Андромеды

Краткий итог долгих лет общения в соц.сетях можно сформулировать так: интернет - не место для дискуссий. В том смысле, что длинные и содержательные диалоги тут сейчас встречаются нечасто, и те зачастую оказываются перебранками, а это жанр на любителя. Отчасти тут виновата арифметика: жизнь одна, а пользователей интернета скоро будет 7 миллиардов, со всеми не набеседуешься.

Но никто не может помешать человеку побеседовать с самим собой, воплощая в жизнь диалоги мечты. Читатели (теоретические) тоже могут присоединиться, конечно. Формально приведённый ниже текст можно рассматривать как рассказ, хотя едва ли кто-то будет восхищён замысловатостью его сюжета.

ТУМАННОСТЬ АНДРОМЕДЫ

-- Савватий Петрович, а вы "Туманность Андромеды" Ефремова читали?

Два человека сидели на лавочке в ожидании электрички. Один из них был сед и бородат, другой, напротив, юн и свеж лицом.

-- "Туманность Андромеды"? Не помню. Много раз слышал это название, и наверняка должен был прочитать. В молодости я перечитал гору фантастики. А про что там?

-- Про общество будущего. На Земле построен коммунизм, всю тяжёлую работу делают машины, люди занимаются творчеством, исследуют космос, семей у них нет, дети в интернатах растут.

-- Что-то я сходу не припоминаю. А какой-нибудь характерный эпизод можете напомнить?

-- Там у всех людей странные имена: что-то типа Рен Боз, Веда Конг или Мвен Мас. Ещё там математик был, его на специальный остров сослали, так он там утратил человеческий облик, приставал к девушкам, вёл в общем себя как дикий зверь.

-- Хм, кажется, не читал. Про математика я бы запомнил. Спасибо, что напомнили, может как-нибудь и прочитаю. Странно, что так вышло. Я читал "Таис Афинская", и она могла отбить охоту прочитать у него что-нибудь ещё.

Собеседники помолчали.

-- Савватий Петрович, а как вы думаете - современная наука может сказать что-нибудь определённое про будущее человечества? Может быть, мир из книги Ефремова обязательно когда-нибудь возникнет, или наоборот, все знают, что он невозможен?

-- Видите ли, Сергей, традиционная наука изучает массовые, повторяющиеся явления, и ищет в них закономерности. Увы, человечество существует у нас в единственном экземпляре, и в последнее время каждый век, который оно проживает, совсем не похож на предыдущие. Там, где нет повторяющихся явлений, нет и серьёзной науки. Ничего определённого мы сказать не можем.

-- Звучит уныло. И что, остаётся только помалкивать?

-- Есть даже неплохая поговорка, меньше говоришь - умней кажешься. Но абстрактно порассуждать всегда можно, конечно. Нужно только выбрать какую-то основу, на которой можно строить рассуждения. Договориться об аксиомах, как иногда говорят. Вон, видите синичка по платформе скачет? Можем ли мы сказать, как началась её жизнь, и как закончится?

-- Ну это вопрос несложный - началась в яйце, а закончится мёртвой птичкой.

-- Правильно. Причём если мы знаем первое, то можем догадаться и о втором. Если бы птицы всё время рождались, и при этом жили вечно, у нас бы начались проблемы с законом сохранения материи. Будущее человечества можно было бы оценить, зная его прошлое. Увы, мы очень мало о нём знаем, и ещё меньше знаем о начале существования жизни вообще. Непонятно даже, зародилась ли жизнь здесь, на Земле, или пришла откуда-то извне.

-- Странно. А нам, кажется, рассказывали, что когда-то на Земле был первичный бульон, в котором плавало много разных веществ и потом как-то сама собой возникла жизнь. Ещё про молнии говорили.

-- Хе-хе. Бульон полезен для желудка, но насколько он полезен для построения серьёзных научных теорий, не так очевидно. Наука изучает повторяющиеся явления. Здесь же неуместно говорить не только о каком-то повторении, но и о самом факте случайного возникновения жизни. Никакие наши технологии пока не позволяют даже приблизиться к задаче искусственного построения живой клетки. Нет никаких оснований уверенно говорить о её случайном зарождении в земных условиях. В голову сразу приходят похожие средневековые теории о самозарождении вшей в грязи.

-- Но раз жизнь есть, должна же она откуда-то взяться? Иначе придётся рассуждать о сотворении мира и всём таком прочем.

-- Это просто навязчивый штамп - либо мы верим в чудодейственный бульон, либо сразу переходим к вопросу о бытии Божием. Пока мы с вами нисколько не отошли от позитивистcкой парадигмы: опираться на эмпирические факты и их осмысление. Раз органическая жизнь настолько явно отличается от неживой материи Земли, и не видно никаких путей перехода от второго к первому, логично было бы заключить, что жизнь пришла к нам откуда-то извне. Дальше уже есть выбор: говорить о Творце, о иных мирах, с более подходящими для возникновения жизни условиями, или о чём-то ещё.

-- И что же мы выберем?

-- Давайте попробуем не касаться сейчас Творца и остаться в рамках позитивистского, назовём его так, подхода. Посмотрим, к чему он нас приведёт.

-- Но если нет никаких достоверных фактов, о чём тут вообще можно говорить?

-- Сейчас увидим. Мы можем смотреть на биосферу Земли и человечество как на уникальное, единственное в своём роде явление, а можем считать, что оно достаточно типично для Вселенной, и попробовать рассуждать по аналогии. Первое вроде бы лучше согласуется с наблюдаемыми фактами, но на самом деле нетипично для природы. Её стандарт - повторяемость и тиражируемость любого явления. Можно вспомнить хотя бы многочисленность звёзд любых известных типов. Идея, что биосфера Земли существует во Вселенной в единственном экземпляре, плохо согласуется с научной картиной мира. Тут уже остаётся пара шагов до Творца. Поэтому в рамках нашей парадигмы логично выбрать второй вариант.

-- Честно признаться, я не очень хорошо понимаю, что такое парадигма.

-- Слышите, что-то гудит? Это наверное наша электричка. Если я вам ещё не надоел своими рассуждениями, поговорим об этом в поезде.

Электричка оказалась полупустой, наши собеседники сели к окну и продолжили.

-- Смело заменяйте парадигму на подход или концепцию, хрен редьки не слаще. Просто красивое слово. Наши учёные говорят, что жизнь когда-то появилась на Земле, а затем биосфера в течении сотен миллионов или миллиардов лет постоянно изменялась, порождая всё более и более сложные формы. Если мы не считаем это уникальным явлением, то то же самое в своё время происходило на множестве других планет. Как и когда, мы не знаем, но тут можно попробовать использовать метод аналогий.

-- Аналогий чего с чем?

-- Что-то похожее мы видим, когда наблюдаем за развитием сложного организма. Он состоит из множества клеток, каждая из которых рождается, проживает какую-то свою отдельную жизнь и в своё время умирает. Но сам организм вместе с ней вовсе не умирает. Наоборот, смерть клетки является естественным процессом, который только помогает ему решать свои хорошо известные задачи: питание, рост и размножение. Теория эволюции хорошо объясняет, откуда взялись эти задачи: организмы, которые не ставили их на первое место, либо плохо питались, либо плохо размножались, проиграли эволюционную гонку и исчезли. То, что мы сейчас видим - это парад победителей. Почему бы нам не посмотреть на биосферу в целом как на один большой сверх-организм? Он тоже состоит из микро-частей, отдельных животных, растений, бактерий и так далее, которые проживают свои маленькие жизни, рождаясь и умирая в положенное время и как-то взаимодействуя друг с другом.

-- Это больше похоже на какую-то игру слов. Биосфера совсем не похожа на организм, она огромна, её части слабо связаны друг с другом, и она существует уже невообразимо долго!

-- Это верно. Но других идей у нас всё равно нет. А самое главное, что мы можем применить к биосфере всё те же универсальные эволюционные принципы. В эволюционной гонке биосфер выживают те, кто лучше питается и размножается. А наша биосфера с высокой вероятностью - типичный представитель победителей.

-- Пока у меня такое чувство, что это какая-то бессмыслица. О каком размножении биосфер вообще можно говорить? Биосфера покрывает всю планету, а вокруг простирается безжизненный вакуум. Не очень-то тут поразмножаешься.

-- Вы ведь знаете, что за последние полвека человечество запустило к соседним планетам несколько искусственных аппаратов?

-- Да, и что?

-- Если на этих аппаратах остались какие-то земные бактерии, то они в данный момент уже осваивают соседние планеты. Не ясно лишь, насколько успешно.

-- И что, вы хотите сказать, что космодромы - это органы размножения нашей биосферы?

-- А космические корабли - что-то типа шишек с семенами, получается так.

-- Но при чём тут вообще биология? Органы размножения появляются у живых существ, когда они растут и развиваются. Тут как бы срабатывает заложенная в них программа. А космодромы создали люди, которые могли и вообще не появиться за Земле.

-- Могли они появиться или не могли, этого мы знать не можем. Что появились, это наблюдаемый факт, а всё остальное...

-- Всё равно это бред какой-то! Извините, конечно. Когда из эмбриона получается взрослый организм, работает биологическая программа. А где программа в биосфере в целом? Эволюция идёт за счёт случайных изменений, и цивилизация тоже развивается случайным образом. Вон, древние греки и римляне не умели часы делать, а в Средневековье научились. Хотя причин вроде бы никаких не было.

-- Но что мы знаем о биологических программах вообще? Из одной зародышевой клетки может вырасти муравьиная матка, а затем и колония муравьёв, которая потом построит муравейник. Получается, что умение строить муравейники заложено в биологическую программу этой клетки. Как именно - не спрашивайте, я не смогу ответить. Как последовательность нуклеотидов в ДНК может содержать инструкцию по постройке муравейника, слишком сложный для меня вопрос. Но муравейники и вы, и я встречали не один раз.

-- И такая же программа может быть заложена в биосфере в целом?

-- В каком-то виде - почему бы и нет? Надо отчётливо осознавать, что мы очень мало чего знаем о живой клетке, и плохо понимаем, как она работает. Жизненный цикл биосферы может выглядеть так: на молодую планету с подходящими условиями выбрасываются споры живых клеток, приживаются и дают начало эволюционному процессу. Биологическая программа, заложенная в каждой клетке, порождает всё новые и новые формы жизни, как можно лучше приспособленные к данной планете. В какой-то момент эволюция создаёт тело, способное к продуктивной разумной деятельности, и тогда в нём зарождается искра разума. Постепенно она разгорается всё ярче, и в конце концов мы получаем цивилизацию, способную к созданию космических кораблей. Для биосферы они играют роль семенных коробочек - отправляясь к соседним звёздам, они несут живые клетки дальше.

-- Звучит красиво, конечно. А если цивилизация не захочет заниматься космическими полётами?

-- Значит, перед нами бракованный экземпляр биосферы, не способный к размножению. В природе такое тоже встречается. Но таких экземпляров не может быть много, это противоречит базовому эволюционному принципу. В каждой молодой цивилизации должно быть заложено неодолимое стремление к путешествиям по Вселенной, сравнимое с тягой к размножению у обычных организмов.

-- И тогда получается, что всякие захватывающие описания космических путешествий в нашей литературе - часть этой сверх-программы?

-- Почему нет? Делать тут какие-то точные утверждения было бы странно, но идея звучит логично. Конечно, от биологического кода протобактерии, появившейся на Земле миллиарды лет назад, до сочинений Ивана Антоновича Ефремова расстояние довольно большое, хе-хе. Едва ли текст романа был изначально записан в прото-ДНК. Например, в зародившемся человеческом сознании может присутствовать неукротимая тяга к посещению новых мест и к контролю за максимальным объёмом ресурсов. А романы сами напишутся в нужное время.

-- Но наша цивилизация пока совсем не стремится к покорению звёзд. Даже полёты на Луну многие считают бессмысленной тратой денег.

-- Да, это правда. Проблем хватает и на Земле. Но это пока. Помните, мы предположили, что принадлежим к биосфере-победительнице. Логично заключить, что все основные материальные проблемы вскоре будут решены. Собственно, роботизация и искусственный интеллект быстро приближают этот финал, прямо на наших глазах. Кроме того, для активного освоения космоса лучше всего подходит коммунистическое общество - и о нём как раз активно заговорили в последние века, хе-хе.

-- Хорошо, допустим, что это всё так и есть. Но тогда в какой-то момент все ближайшие звёздные системы будут освоены и заселены. А что произойдёт с человечеством дальше?

-- Кстати, совсем не обязательно освоены - это сами люди могут воображать себе какие-то возвышенные причины для покорения космоса: познание Вселенной, поиск жизни, контакт с иной цивилизацией, распространение сферы разума и так далее. Главное, чтобы стальные коробочки с живыми клетками внутри летели всё дальше и дальше. Если экипаж вымрет, автоматы смогут посадить корабль на планету, когда-нибудь он разрушится и бактерии выйдут наружу. Даже если он просто упадёт, какие-то клетки могут выжить и приспособиться к новым условиям. Скорее всего, каждой планете нужна своя, уникальная биосфера.

-- Всё равно, пусть когда-то ко всем доступным звёздам и соседним галактикам будут отправлены успешные экспедиции. И что дальше?

-- Если мы продолжим нашу аналогию между организмом и биосферой, то это будет означать, что человечество окажется лишним, ненужным органом. Законы биологии неумолимы: ненужные части тела постепенно отмирают. Более того, в нашем случае они становится опасны для самого организма. Постоянный рост технических возможностей цивилизации начнёт угрожать жизни в целом - случайная катастрофа может вызвать уничтожение всей планеты. Сверх-программа биосферы должна предусматривать какую-то защиту.

-- То есть человечество отомрёт? Люди любят жизнь и боятся смерти, и чем сильнее становится цивилизация, тем сложнее с ней что-то сделать. Звучит как-то странно.

-- Тут на помощь может прийти сама природа человека. Разум возникает в процессе борьбы за жизнь, за пищу, за всевозможные ресурсы, гарантирующие ему сытую и спокойную жизнь. Сейчас все эти задачи далеки от окончательного решения, но когда они будут решены, не останется ничего кроме бесконечных космических запусков. Причём они будут автоматизированы настолько, что люди станут только помехой. Человечество без особых проблем может самоуничтожиться, просто отказавшись от производства потомства. Например, если в сознание встроен триггер "нечего бояться и не с чем бороться => не нужно размножаться", это произойдёт быстро и безболезненно. Это, кстати, могло бы объяснить и парадокс Ферми. Западное общество уже демонстрирует нам что-то похожее, пока, правда, в зачаточной форме.

-- И Земля снова погрузится в первобытное состояние? Но тогда разум может возникнуть снова, и всё повторится.

-- Скорее она превратится в одну большую фабрику по производству ракет, этакую техносферу. Процесс размножения никогда не стоит прекращать. К тому же экспедиции к далёким галактикам потребуют огромных ресурсов, вся планета должна будет напрягать силы ради одного запуска. С автоматами есть одна проблема - они не умеют размножаться. Если машина ломается, её нужно чинить. Можно сделать машину, которая будет её ремонтировать, но и она может сломаться, и так далее. Биологические механизмы в этом смысле совершенны и самодостаточны. С точки зрения биосферы было бы разумно оставить группу фанатиков-сектантов, которые будут видеть смысл жизни в служении этому автоматическому комплексу. К тому же люди намного лучше реагируют на разные непредсказуемые события. Но основная масса человечества безусловно станет опасной помехой.

-- Как-то трудно это всё себе представить.

-- Трудно, да. Но будущее человечества в любом случае трудно представить. Остаётся только заниматься гаданиями. Есть такой писатель, Дмитрий Евгеньевич Галковский, который говорит, что человек будущего - это игрок. Компьютерные игры должны заменить человеку реальную жизнь, а сражения за виртуальные ресурсы - традиционный поиск пропитания. Это даст шанс разуму сохраниться. Меня, признаться, это как-то не убеждает, я в своё время немало поиграл на компьютере. Без реальной еды ты начинаешь страдать, а к нехватке виртуальной вполне можно притерпеться.

Сергей около минуты задумчиво молчал.

-- Честно говоря, получилось уж больно мрачно. Человечество на планете - как гриб в лесу, наша задача выбросить споры и поскорее сгнить, пока не биосфера от нас не загнулась.

-- Это наиболее логичный вывод из того, что мы знаем. Но мы с вами договорились начать с аксиомы позитивизма - опираться только на достоверные эмпирические факты. Можно ещё обсудить, насколько достоверна сама эта аксиома. Почему мы можем считать, что доступная нам эмпирика должна давать качественные ответы на все вопросы?

-- Что же ещё может их дать? Этак мы с вами опять к вопросу о сотворении мира вернёмся.

-- Тут есть какой-то парадокс: и не захочешь, а приходится возвращаться, всё остальное смотрится совсем уж безнадёжно. Но сейчас будет моя остановка, я пошёл. Может быть, ещё встретимся. Всего доброго!

-- До свиданья.
comment

Дюжинный результат

Этому ЖЖ вот-вот исполнится 12 лет. Математически рассуждая, это более круглая дата, чем 10: очевидно, что нормальная система счисления должна опираться на 12, а 10 - это ходячее недоразумение какое-то.

Если и стоит подвести какой-то итог этих 12 лет, то он в том, что избыток информации не менее вреден для сознания, чем недостаток. Важно, что нехватка информации часто хорошо осознаётся, т.е. положение дел в целом остаётся под контролем. Раз информации мало, то нужно воздержаться от поспешных выводов и искать дополнительные источники.

Вал же избыточных знаний может производить в голове весьма причудливые узоры, которые обладатель с трудом замечает. Когда информации слишком много, сознание не успевает её обрабатывать и автоматически начинает отсеивать лишнее, и очень часто "лишним" оказывается то, что ему меньше всего нравится. Человек слышит и воспринимает только то, что его устраивает, но при этом пребывает в твёрдой уверенности, что он в курсе всего происходящего, а его оппоненты - на самом деле невежды или тупицы, физически неспособные усвоить весь огромный массив знаний, которыми он обладает. "Погугли с моё, сынок, и ты поймёшь, насколько я был прав".

Возможно, феномен российской "демшизы" связан как раз с тем, что наши либералы в силу ряда причин склонны к более интенсивному общению, и проблема избытка информации бьёт по ним намного сильнее.

Не очень понятно, что с этим вообще можно сделать.
comment

Парадокс Ферми

Краткое содержание поста: может ли человечество в будущем ждать что-то ещё, кроме массовой наркомании?

Несколько текстов про парадокс Ферми что-то вдохновили меня написать, что сам об этом думаю. Признаться, не вижу тут глубокого парадокса. Если мы находимся на позициях атеистического материализма, то решение несложно. Человеческий разум образовался как инструмент в борьбе за выживание определённого вида многоклеточных организмов. Чем Хомо Сапиенс умнее, тем проще ему побеждать в борьбе за пищу, самок (самцов), тепло, безопасность и т.д. Прогресс, вызванный появлением разума, приводит к тому, что необходимость борьбы за всё вышеперечисленное постепенно отмирает, а вместе с ней отмирает и потребность в использовании разума. Естественным концом любой разумной цивилизации является её распад и деградация до состояния, когда никакое "завоевание космоса" и поиск братьев по разуму будут ей даром не нужны.

Грубо говоря, неизбежное будущее человечества - автоматизированная постель с трубочками, которые подают в организм пищу и героин, а также отслеживают момент, когда тело нужно отправить в крематорий. На вопрос, почему сейчас это не является массовым явлением, есть несколько ответов. Один состоит в том, что от абсолютного материального изобилия, порождённого автоматикой, человечество пока достаточно далеко, и на наркотик нужно как-то зарабатывать. При этом страх смерти так сразу не отменишь, и для счастья нужна не одна доза, а много, что стоит приличных денег. То есть наркоман загоняет себя в неизбежный тупик: на наркотики нужны деньги, чтобы их заработать, нужно перестать быть наркоманом, а это сложно и тяжело. В итоге он обычно становится тяжёлой обузой для окружающих.

В результате в обществе формируется естественный страх и отвращение к наркомании, устойчивая идея, что наркоман "губит свою жизнь", "убивает себя" и т.д. Это достаточно сильный барьер, который вместе с высокой ценой наркотиков и их нелегальностью успешно предохраняет общество от распада. Если кто-то всё же становится жертвой наркотиков, социальное окружение начинает его активно "спасать", часто вполне успешно. Человек - очень социальное животное. Но всё это работает только здесь и сейчас.

Там, где эти барьеры исчезают, наркотики часто косят людей как траву. Популярные деятели искусства зарабатывают достаточно денег, и в их среде распространено мнение, что наркотики способствуют творческому вдохновению. Печальный итог хорошо известен. Подобные проблемы преследуют детей и внуков очень богатых людей. При этом на свете есть много других замечательных вещей похлеще наркотиков, а социальные связи в развитых обществах постепенно слабеют.

Тема, в общем, достаточно известная, иногда возражают, что человечество займётся научными исследованиями и освоением космоса, и это будет намного более интересно, чем наркотики. Но это звучит не очень-то убедительно. Современная наука финансируется по длинному ряду причин, среди которых жажда познания стоит никак не на первом месте. Наука способствует материальному обогащению, помогает выживать корпорациям и государствам в борьбе друг с другом, борется за человеческое здоровье и поддерживает в обществе определённый интеллектуальный уровень, который помогает решать предыдущие задачи. Когда всё это уйдёт в прошлое (а оно должно уйти), скорее всего, очень мало кто согласится тратить силы на то море ресурсов, которое понадобится учёным для какого-нибудь "освоения космоса". Никто не захочет вставать ради этого с кровати с трубочками. Группки полусумасшедших любителей природы наверняка останутся жить и размножаться в каких-нибудь "экопоселениях", но самоотверженных проектировщиков и строителей космических кораблей едва ли наберётся достаточно много. Корабли будут быстрее ржаветь, чем строиться, а люди - быстрее уставать от суеты, чем рождаться. Основной вопрос о судьбе цивилизации будет состоять в том, хватит ли у них сил и знаний чинить постепенно ломающуюся автоматику.

Но это мы рассуждали в рамках парадигмы атеистического материализма. Внутри христианской традиции говорить о таких вещах намного сложнее, замысел Бога о человечестве неизвестен. Парадокса Ферми тоже не существует, так как единственность человечества ничему тут не противоречит, более того, является естественной. Однако община будущего, стремящаяся покинуть умирающую Землю ради спасения детей - всё же более реалистичная картина, чем рвущиеся в космос комсомольцы-энтузиасты.
comment

Висцеральная теория сна

Любопытнейшая вещь - висцеральная теория сна И.Н.Пигарёва. Наткнулся на его публичную лекцию, в которой она весьма убедительно излагается, с описание простых и очень наглядных экспериментов. Основная идея состоит в следующем. Известно, что когда человек или другое животное спит, его мозг не спит, а занимается какой-то бурной деятельностью (это хорошо видно по ЭЭГ, электроэнцефалограмме). Что это за деятельность, точно понять очень сложно, так как спросить у спящего невозможно.

Теория утверждает, что когда сознание отключается, мозг переключается на "общение" с внутренними органами, типа желудка или кишечника. Это можно доказывать, поместив одни электроды в кишечник, другие - в мозг, и изучая корреляцию некоторых периодических процессов. Во сне она есть, и очень чёткая, а во время бодрствования отсутствует. Во внутренних органах есть довольно много рецепторов, сигналы от которых сознание не воспринимает.

Более того, если животное типа крысы или собаки искусственно лишить сна (на человеке ставить такие эксперименты неудобно), оно через несколько дней умирает от болезней внутренних органов, типа язвы желудка, мозг же остаётся внешне неповреждённым. То есть самому мозгу сон, возможно, вообще не нужен, но он жизненно необходим остальному организму.

Теория любопытна ещё и таким следствием: мы вынуждены констатировать, что сознание в очередной раз ускользнуло от исследователей. Существует распространённая точка зрения, что человеческое сознание в основном "сосредоточено" в коре головного мозга, а активность коры во сне связана со сновидениями и обработкой дневных впечатлений. Здесь же мы видим, что сознание отключается, а кора в это время активно занимается совсем другими задачами.

Ссылка на лекцию: http://www.polit.ru/article/2014/05/04/pigarev
Выступление автора замечательно ещё и тем, что он очень аккуратно старается отделять наблюдаемые факты от их интерпретаций и теорий, которые их объясняют. Там не видно логических дыр, и это немного удивляет.
comment

145. Методологический атеизм

Под катом можно найти небольшую научно-богословскую заметку, предназначенный для никуда не спешащего читателя, а ещё лучше собеседника. Если один из них укажет мне ссылку на литературу по близкой теме, я буду признателен.
Collapse )
comment

33. Выдающиеся достижения советского общества

Этот текст - примечание к посту Советский Союз и евреи.

Гордость за свою страну и её успехи - вполне интернациональная вещь, и дореволюционная Россия не была в этом смысле исключением. Обширные пространства, завоёванные силой оружия или колонизированные трудом земледельцев, иноки, прославившиеся праведной жизнью, достижения писателей и художников, архитекторов и учёных, подчас и скромные, вызывали заслуженное уважение в обществе.

Нетрудно заметить, в каком резком контрасте с этой неброской гордостью, выдержанной вполне в русских традициях, находилась советская пропаганда, вещающая об успехах социализма. Та же Россия, прошедшая через несколько чуть не уничтоживших её испытаний, в результате неожиданно оказалась лидером всей мировой науки, разработчицей самых совершенных промышленных технологий, носительницей самой передовой культуры, "самой читающей в мире страной" и т.д. Этот список можно продолжать до бесконечности.

На свете таких чудес, разумеется, не бывает. Часть этих успехов была тупо выдумана, что несложно сделать в условиях цензуры и отсутствия реальных механизмов общественной рефлексии. Часть обеспечена мощной разведывательной сетью, трудами которой в СССР шёл непрерывный приток свежих западных технологий, или негласной закупкой этих технологий. Часть сфальсифицирована в том смысле, что реальные цифры и показатели интерпретировались в вымышленном смысле. Грубо говоря, число научных статей по философии, выходящих в советских журналах, объявлялось несомненным признаком расцвета философской мысли при социализме, и передовых позиций в научном мире (в то время как реальная философия тихо умирала).

Когда-нибудь я наверняка напишу о чём-нибудь хорошем, привнесённым евреями в нашу историю. Но сейчас настроение не то, и не уверен, что завтра оно станет другим. Думаю, что этому позорищу, неожиданному густо расцветшему на русской земле, мы обязаны именно иудаистским традициям, в изобилии привитым партии - главному источнику советской пропаганды. О причинах этого феномена я уже немножко писал в посте двумя уровнями выше.

Самое горькое, что от советских времён нам досталось немало реальных достижений, где-то небольших, где-то вполне заслуживающих гордости и признания, и очень часто полученных путём огромных страданий и лишений - но увидеть их под словесной шелухой было непросто. Многие из них были выброшены и загублены вместе с этим мусором, когда рухнул советский строй.
comment

23. Теория алгоритмов и языки программирования

Человек, долгое время работающий с разными языками программирования, в конце концов, вполне возможно, задастся вопросом о том, какими они вообще могут быть. В частности, какими должны быть минимальные требования к инструменту, чтобы он имел право называться языком программирования.
Collapse )