Pavel Alaev (alaev) wrote,
Pavel Alaev
alaev

216. РПЦ в XX веке-2

- к 1939 году она была уничтожена.

Мы можем определять понятие Церкви тремя основными способами: как социальную структуру (и тогда она состоит из "сотрудников" этой структуры, то есть священнослужителей), как сообщество всех верующих, и как мистическое единство, Тело Христово, как-то связанное с первыми двумя формами. Говорить об уничтожении Церкви к 1939 году можно, конечно, только в первом смысле.

Уничтожение началось в 1918 году и продолжалось непрерывно, то усиливаясь, то затухая. Уже к 1922 году было закрыто 700 из 1200 дореволюционных монастырей, в том числе и Троице-Сергиева Лавра, центр дореволюционной духовной жизни, а их обитатели изгнаны (многие и убиты). К 1930 году закрытыми оказались вообще все монастыри, а также духовные академии и семинарии, готовящие новых священнослужителей.

Заключительным и практически смертельным ударом стали репресии 1937-38 годов. В качестве примера укажем, что из 885 репрессированных в этот период священников Ленинградской области 758 были расстреляны, к лету 1941 года в епархии остался 21 действующий священник. В целом по стране к 1939 году от 79.000 дореволюционных храмов и часовен осталось открытыми около 100. В моей Новосибирской области оставалась открытой одна небольшая Успенская церковь при городском кладбище. В соборе 1917-18 годов принимало участие 80 епископов РПЦ, к 1939 их осталось 4.

В истории РПЦ на этом можно было бы поставить точку, но ситуация парадоксальным образом изменилась вскоре после начала войны. Вопрос о том, почему это произошло, является ключом к пониманию всего остального. Популярный ответ говорит, что война с самого начала пошла совсем не так, как ожидалось, фронт со скоростью 7 км/сутки неумолимо покатился на восток, солдаты непобедимой Красной Армии сотнями тысяч начали бросать оружие и сдаваться немцам, и власти почувствовали, что воинствующий материализм и пролетарский интернационализм скоро доведут их до виселицы на Красной площади. Возможно, кроме страха там было и что-то ещё, но не будем сейчас говорить об этом.

Суть дела состояла в том, что по переписи 1937 года больше половины населения СССР назвали себя верящими в Бога, в сельской местности этот показатель был равен 2/3. При этом стоит учесть естественный страх опрашиваемых, ответы которых резко противоречили 20-летней государственной политике по борьбе с "религиозными пережитками". Организаторы переписи были расстреляны, результаты засекречены, но для руководства тайной, конечно, не остались. Перепись проводилась и в азиатских республиках, но поскольку 80% верующих записались христианами, цифры имеют прямое отношение и к сфере влияния РПЦ.

Тут необходимо хорошо понимать каноническое устройство Православной Церкви. Если верующий человек хочет, например, покрестить ребёнка, ему нужен священник, а священник может выполнять свои обязанности только с разрешения епископа. Это хорошо объясняет, почему и в 1939 году РПЦ не была просто закрыта: задачей её крошечного остатка было создавать в народе ощущение, что Церковь всё ещё существует, в ней есть законно поставленные епископы и священники, к которым, несмотря на все трудности, всё же можно попробовать обратиться. Советские законы того времени, к слову, не запрещали священникам совершать какие-то обряды на квартирах, даже если храмы и были закрыты. Физическая ликвидация 4-х служащих архиереев, десятка находящихся на покое и тех, кто сидел в лагерях, означала бы, что официальная РПЦ в каноническом смысле навсегда перестала существовать: для того, чтобы сделать человека новым епископом, нужно участие как минимум двух действующих.

Конечно, не все из записавшихся в верующие были сознательными христианами. Но для миллионов или даже десятков миллионов граждан СССР ликвидация РПЦ означала бы, что для спасения душ своих детей им нужна какая-то другая Церковь и другая иерархия. И при желании найти её было не так сложно.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments